В статье впервые анализируется значение камня как сакральной кратофании в осетинской этнорелигиозной традиции в целом и мегалитов – в частности. В осетинской традиционной религиозной системе камни, скалы и древние каменные сооружения (мегалитические элементы, менгиры, стелы, чашечные камни) воспринимаются как живые вместилища божественной силы, границы сакральных миров и знаки присутствия духов-покровителей. Актуальность исследования обусловлена сложным синкретичным характером осетинских традиционных верований, а также необходимостью изучения их влияния на современную социальную и духовную культуру в контексте монотеистических образов. Христианство и ислам не уничтожили архаичное сакральное значение камней и мегалитов в осетинской традиции, а интегрировали их через религиозный синкретизм, переосмыслив древние святилища (кувæндон) в контексте монотеистических образов. На древних каменных святилищах часто появлялись христианские кресты, а сами культовые точки иногда возводились на фундаментах старых храмов. Ставится вопрос о происхождении вертикальных мегалитов (цырт). Делается вывод об ошибочности точки зрения, согласно которой цырты являются отголоском скифской традиции. Анализируется допущение о христианском и мусульманском происхождении мегалитов-цыртов с круглым навершием. Новизна исследования сакрального значения камней-мегалитов в религиозной традиции осетин заключается в изучении междисциплинарного синтеза данных археологии, этнографии и мифологии, позволяющем переосмыслить каменные изваяния не просто как безмолвные погребальные маркеры, а как активные структурирующие элементы живого сакрального ландшафта. Полученные выводы, с одной стороны, вносят вклад в разработку проблем сравнительного религиоведения посредством привлечения к такого рода исследованиям осетинского фольклорно-мифологического материала, с другой – расширяют подход к изучению осетинской этнической религии.